В Украине ведется работа над введением четких сроков службы, однако без усиления мобилизации это пока невозможно.
Об этом в интервью РБК-Украина заявила военный омбудсмен Ольга Решетилова.
Установление сроков службы
В Офисе военного омбудсмена создали специальную рабочую группу, которая анализирует возможность определения конкретных сроков службы для военнослужащих.
Как пояснила военный омбудсмен Ольга Решетилова, ключевым является обеспечение права на определенность — ведь длительная неопределенность негативно влияет на психологическое состояние военных, вызывая истощение и деморализацию.
По ее словам, многие защитники находятся в строю еще с 2014 года или с начала полномасштабного вторжения, и отсутствие понятных горизонтов службы только усугубляет нагрузку.
— У любого человека, если нет определенности в жизни, это может привести к выгоранию, деморализации, даже к депрессии. А наши военнослужащие, кто с 2014 года, кто с 2022 года и позже, живут в постоянной ситуации неопределенности, — говорит Ольга Решетилова.
Решетилова подчеркивает: несмотря на распространенное мнение, что достаточно просто подсчитать количество мобилизованных и определить ротации, на практике эта модель значительно сложнее. Она должна учитывать вопросы справедливости мобилизации, в частности проблему бронирования и наличие коррупционных схем.
Отдельно она обратила внимание на дискуссии об ужесточении ответственности за самовольное оставление части (СОЧ). По ее мнению, в первую очередь государство должно ужесточить ответственность за уклонение от службы, ведь сейчас основную тяжесть ограничений несут именно военные, тогда как часть общества уклоняется от ответственности.
— Потому что получается, мы заявляем, что военнослужащие — это лучшие люди, мы им благодарны, но вся ответственность и все ограничения постоянно ложатся только на них, — говорит Ольга Решетилова и подчеркивает, что значительная часть общества не ощущает ограничений и своей ответственности.
Почему уклоняются от мобилизации
Также она подчеркнула, что значительное количество военнообязанных уклоняется от мобилизации именно из-за неопределенности. В то же время четкие сроки службы — например, 2–3 года — дали бы людям возможность планировать свою жизнь и сделали бы систему ротации более понятной.
— Нужно не только посчитать, сколько у нас мобилизационного ресурса, сколько уже служит, сколько придется уволить, если будут сроки службы. Еще есть вопросы социологии, социальной психологии, коммуникации. И все это вкладывается в формулу, — подчеркивает военный омбудсмен.
В рабочей группе уже работают над соответствующей формулой, однако предупреждают: легких и популярных решений не будет. Часть общества может воспринять такие изменения негативно, однако без этого, по словам Ольги Решетиловой, невозможно избежать чрезмерной нагрузки на тех, кто воюет уже годами.
В то же время она отметила, что вопрос введения четких сроков службы напрямую связан с мобилизацией. Без ее усиления ожидать конкретных сроков службы не стоит.
— Тем, кто уклоняется от службы уже не один год, это не понравится. Но без этого никак. Нельзя бесконечно паразитировать на одних и тех же людях, их ресурс тоже заканчивается, — говорит военный омбудсмен.
