Вопрос исков Украины против России очень плохо освещается украинской стороной. Ни один из них не находится на завершающем этапе, практически все на начальной стадии — разработка позиций сторон. Поэтому мы имеем успешно завершенные иски только нескольких компаний.
Украинские иски достаточно сложные, так как первые два — очень техничные и нам сложно будет доказать свою правоту.
Они формировались Украиной фактически в условиях определенного теоретического вакуума, который был создан в результате подписания Минских договоренностей. Мы не признавали и очень долго не могли назвать войну войной, искали причины, как задеть Россию.
Также сложность заключается в том, что между государствами конфликт — трудно найти определенные судебные международные органы. Межгосударственные конфликты решаются на поле боя, за столом переговоров, но не в судах, когда речь уже о войне, оккупации и так далее.
Все иски находятся на такой начальной стадии, когда невозможно прогнозировать не то что чем они закончатся, а когда. Речь идет о годах, за которые они будут рассматриваться.
Есть два пути возвращения Крыма — военная операция и переговоры, или комбинация этих двух.
Есть ли реально такая возможность? На сегодня я ее не вижу, но это не значит, что нет работы для того, чтобы приближать и создавать такую возможность. Проблема в том, что власть не имеет стратегии возвращения Крыма, не понимает, что и как она делает.
С одной стороны якобы проводится некая политика, по оккупированной территории. С другой стороны, признается оккупация. Еще с другой, мы подписываем с оккупантами соглашение о распределении квот на вылов рыбы, в том числе в водах и теми компаниями, которые были украдены у нас русскими, после оккупации Крыма.
Нет даже последовательности в восприятии оккупации, поэтому все это медленно продвигается.
Майдан иностранных дел еще в 2014 году обнародовал свою стратегию. Многое делается в ее рамках и они понятны — создание института кризисного менеджмента, где бы занимались проблемами Крыма в Украине.
Здесь только частично есть прогресс, потому что мы потеряли представительный орган, который отстаивал интересы крымчан. Не создано никакого соответствия Верховной Рады Крыма.
Слабо представлены интересы Крыма в Министерстве временно оккупированных территорий, там больше занимаются вопросом Донбасса.
Также есть органы, которые больше занимаются представительством президента в Крыму, но они в Херсоне, поэтому им трудно влиять на политику. Шаги делаются, но их еще недостаточно.
Второе, что нужно делать — это информационная пропагандистская кампания, которая не даст Крыму исчезнуть с повестки дня.
Мировое общество должно быть хоть в какой-либо форме ангажированным в ситуации — это удается путем призывов относительно прав человека в Крыму и апеллированием к проблеме милитаризации Крыма.
Третье — это нанесенный максимальный вред Украине. Здесь Украина ведет себя очень непоследовательно и в этом русле делается минимум.
Эти три направления работы и то, что нужно делать, понятны нам экспертам, но, к сожалению, не украинской власти.
В украинском обществе нет сомнений, что Крым — это Украина.
Есть сомнение, что его можно вернуть, из- за отсутствия конкретной программы возвращения со стороны правительства. Люди не видят никакой активности, а следовательно не верят, что это может произойти. На самом деле — это длительный процесс, но реальный. Думаю, что в итоге, Крым вернется в состав Украины.
Автор: Богдан Яременко, дипломат, экс-генконсул Украины в Стамбуле, председатель БФ Майдан иностранных дел.