Президент Владимир Зеленский обратился к украинцам в Новый год, поздравив с 2026 годом.
Обращение Зеленского с Новым 2026 годом
Дорогие украинцы, дорогие украинки!
Через несколько минут наступит новый год. И я отдал бы все, все на свете, чтобы в этом обращении иметь возможность сказать, что и мир наступит через несколько минут. К сожалению, я пока не могу этого сделать, но с чистой совестью я, мы все можем сказать, что Украина точно делает для мира все. И продолжает делать.
Я вернулся в Киев вчера, в 6 утра. Наша команда провела в дороге почти 50 часов. Мирное соглашение готово на 90%. Остается десять. И это значительно больше, чем… чем просто цифры. Это десять процентов, в которых на самом деле все. Это о десяти процентах, которые будут определять судьбу мира, судьбу Украины и Европы, то, как будут жить люди. Десять процентов для сохранения миллионов жизней. Десять процентов решимости, которая нужна, чтобы мир заработал на все сто. Десять процентов столь необходимого единства и мудрости – украинской, американской, европейской, всего мира. Десять процентов до мира.
Я хочу, чтобы все мы с вами были сейчас на одной волне, одинаково понимали реальность, были вооружены, и не только на поле боя – были вооружены правдой. О том, кто и чего на самом деле хочет. Чего хочет Украина. Чего хочет Америка. Чего хочет Россия. Чего хочет Европа и весь мир.
Начнем с самого главного. Чего хочет Украина? Мира? Да. Любой ценой? Нет. Мы хотим окончания войны, но не окончания Украины. Устали ли мы? Очень. Значит ли это, что мы готовы сдаться? Сильно ошибается тот, кто так думает. И он, очевидно, за все эти годы так и не понял, кто такие украинцы. Народ, который держится 1407 дней полномасштабной войны.
Просто осознайте эти цифры. Это больше, чем нацистская оккупация многих наших городов во Вторую мировую. 1407 дней непокоренной Украины. Которая фактически каждую ночь в укрытии, каждый день – в борьбе. Нередко – без света. Нередко – без сна. И много дней на позициях, много. Но всегда – без паники, без хаоса, без раздора, в единстве, чтобы быть с миром. Хотим ли мы, чтобы война закончилась? Безусловно.
Почему этого до сих пор не произошло? Ответ – по соседству с нашим государством. Может ли Россия закончить войну? Да. Хочет ли она этого? Нет.
Может ли мир заставить ее это сделать? Да, и только так это сработает. Почему мир не делает это в полной мере? Давайте разберемся. По порядку, честно, так, как… так, как есть. Наш народ знает это лучше всего.
Россия не заканчивает свои войны сама. Не было в истории войны, которую бы они завершили по собственному желанию. Только давление от других, только принуждение от других, которое сами они называют “жестом доброй воли”.
Так было во все годы, когда Россия с кем-то воевала, то есть во все годы ее существования.
Это могут подтвердить все, на кого в разное время Москва шла войной. Польша, Турция, Финляндия, Сирия, Грузия, Абхазия, Осетия, Чечня – и этот список можно, можно продолжать бесконечно, потому что почти вся территория России собрана из войн. Вот с кем мы имеем дело. Мы – это Украина, это Европа, Америка, весь мир.
“Выйдите из Донбасса, и все закончится”. Так в переводе с русского звучит обман. В переводе на украинский, на английский, немецкий, французский и, собственно, любой язык мира. Неужели тогда им до сих пор кто-то верит? К сожалению. Потому что до сих пор слишком часто правду избегают, называют это дипломатией, хотя это просто ложь в костюмах.
И поэтому на Украину – давление, да. И поэтому мы боремся так. И доказываем, казалось бы, давно очевидные истины, что после оккупации Крыма, захвата части Донецкой и Луганской областей, полномасштабного вторжения 24 февраля, после Бучи, Мариуполя, Оленевки и всего, что делает Кремль все это время, верить им на слово – это просто приговор. Приговор общей международной безопасности. И каждому лидеру, который просто должен защищать свой народ.
Были ли услышаны наши аргументы? Очень надеемся. Согласились ли с нами? Не полностью. Пока что. И именно поэтому мы пока говорим о 90, а не о 100 процентах готовности мирного соглашения.
Намерения должны стать гарантиями безопасности. А значит – быть ратифицированы. Конгрессом Соединенных Штатов, европейскими парламентами, всеми партнерами. Будапештская бумажка Украину не устроит. Минская ювелирно выписанная ловушка Украине не нужна. Подписи под слабыми соглашениями только подпитывают войну. Моя подпись будет стоять под сильным соглашением. И именно об этом сейчас каждая встреча, каждый звонок, каждое решение.
Чтобы обеспечить всем сильный мир. Не на сутки, неделю или два месяца – мир на годы. И только тогда это – действительно успех. Украины, Америки, Европы, на самом деле каждого народа, который хочет жить, а не воевать.
Я говорил об этом президенту Трампу. Говорил во время первой встречи, когда все могло закончиться штормом для всех нас, и во время недавней встречи, которая дает надежду нам всем. На то, что мир близок, он… он как никогда возможен. И мы способны обеспечить это вместе.
И скажу честно: было совсем непросто достичь такого изменения градуса в отношениях Украины и Соединенных Штатов. От первого Овального кабинета и всех “острых углов” в нем до разговора в Мар-а-Лаго, который подтвердил факт: без Украины ничего не получится. Украина отстояла свое право голоса, и все видят, что Украина уважает себя, а потому уважают нас, уважают Украину. И самое очевидное доказательство этого – семь встреч, которые у меня были в этом году с Президентом Америки. И в какой бы точке мира мы ни встречались: Вашингтон, Нью-Йорк, Гаага, Ватикан – Президент США всегда вспоминает о нашем народе, говорит о том, как отважно украинцы сражаются. И для всего мира такое упоминание об украинцах стало обязательным. И это счастье – счастье такое слышать, это гордость – быть Президентом такого народа. И такого государства. Которое выстояло и достигает любого вражеского военного объекта и НПЗ, возвращает войну в Россию, учит военных НАТО, что такое современные дроны.
Которое дает асимметричную пощечину России и заставляет Путина лгать, что он трижды взял Купянск и сбивал дроны возле своей резиденции собственными руками. Украина, которая обладает зрелой дальновидностью, имеет собственную дальнобойность, а потому имеет аргументы. Обладает мудростью, достоинством и готова к компромиссу, но не к стыду.
И я благодарю каждого лидера, который поддерживает Украину в этом. Кто понимает самое главное: сегодня есть только два варианта, и только два – либо мир остановит войну России, либо Россия втянет мир в свою войну. И это шок – шок, что после стольких войн, после четырех лет такой войны, войны в Украине, в Европе, к сожалению, приходится это объяснять многим. Мы объясняем, повторяем. И даже уже меняются лидеры, а вопросы те же.
Способна ли Америка остановить агрессора очень быстро и решительно? Однозначно.
Хотели бы мы этого? Очень. А когда это возможно? Всегда. А когда это нужно вам? Да еще вчера нам это нужно. И в 26-м году это возможно. Санкции есть – мы благодарны. Санкции кусают Россию, но сработает только мертвая хватка. Российская нефть уже дешевле, но их танкеры должны остановиться полностью, чтобы остановилась война. Российские заводы уже тормозят, но должны стоять, чтобы оккупант не двигался. И “томагавки” в украинских руках доказали бы на самом деле только одно: миру нет альтернативы. И мир должен быть. И поддержка. И сильное соглашение должно быть. И тогда все сработает.
Понимает ли это Европа? Да. Понимает ли это вся Европа? Нет. И я не хочу, чтобы такое понимание ко всем в Европе пришло однажды в четыре утра – так, как это было в Украине. Я не хочу, чтобы такое понимание всем европейцам принесла техника с буквой “Z” на их улицах. И когда Путин говорит: “Да не собираемся мы на вас нападать”, – это первый звоночек, куда именно поедут его танки и полетят его дроны.
И мы имеем полное право сегодня говорить: Украина – это на самом деле единственный щит, который сейчас отделяет комфортную европейскую жизнь от “русского мира”. И у большинства лидеров не возникает вопроса, зачем поддерживать Украину, потому что если, не дай Бог, Украина падет, будут следующие вопросы: зачем поддерживать Польшу, и кто будет воевать за государства Балтии, и что делать без Украины в НАТО?
Украина нужна Европе, а Европа – Украине. Мы чувствуем это как никогда. И когда после встреч в Штатах сейчас мы созваниваемся с партнерами, и европейцы не спят, и все очень переживают, и всегда на связи, и мы советуемся с Эммануэлем, президентом Франции, как действовать дальше. И когда мы по дороге в Киев говорим с канцлером Германии, и Фридрих говорит: “ПВО будет”.
И мы говорим с Киром Стармером, что нужно встречаться сразу после Нового года, не нужно делать никаких пауз, чтобы была Коалиция желающих, чтобы дожать все документы, и не потерять Америку, и дожать Россию. И как абсолютно права Джорджа Мелони, когда она говорит: смотрите, документы соглашения должны быть правильными, мир должен быть таким, чтобы украинцы его приняли.
Этот мир украинцы должны одобрить. Потому что если все будет несправедливо, и мир хрупок, и Москва снова нападет, она говорит, я не хочу, чтобы тогда разочарованные люди в Украине жгли на площадях портреты европейских и американских лидеров.
Эти слова, что мир должен быть, должен быть достойным, поддерживают все, кто делает действительно очень много для Украины: Нидерланды и Швеция, Норвегия и Польша. И премьер Дании, Метте, которая всегда говорит: мы делаем для Украины недостаточно, мы должны делать больше для Украины, потому что это для защиты всей Европы.
И Испания, которая с нами, и Ватикан, и Фанар с их дипломатией и молитвой. Чехия, Румыния, Греция, президент Эрдоган, все страны Европейского Союза. И сегодня утром мне звонит президент Финляндии Алекс Стубб, и каждый день мы с ним созваниваемся. И после наших важных разговоров он всегда в конце мне говорит: “Друг, не забывай тренироваться, потому что ты должен быть сильным, украинцы должны быть сильными. Мы в вас верим. Мы все в вас нуждаемся”.
И вот такое наше общение с лидерами Европы, это тепло и дух этого партнерства означают, что Украина уже – часть европейской семьи и все переговорные кластеры между нами на самом деле давно открыты. И такое единство дает надежду. И такое единство Украины и Европы доказано. Мы получили поддержку в 100 миллиардов долларов. Это значительно больше, чем просто помощь на два года. Это устойчивость нашей армии, это спокойствие для наших людей, это деньги, зарплаты, это пенсии. Да, это жизнь. И это справедливость, что в конце концов за это платит Россия.
И такое единство, и такая неравнодушие к Украине прежде всего выходит далеко за пределы континента. Оно заметно и ощутимо нам в Японии, в Австралии, в Канаде. Я очень благодарен каждому в мире, кто на светлой стороне истории, на стороне Украины и делает все, чтобы Украина смогла достичь своего, дожать, смогла додавить до мира.
Дорогой народ!
Скоро Новый год. Миллионы из нас его ждут. И Новый год у нас будет несмотря ни на что, потому что мы такие люди, мы украинцы, мы что-нибудь придумаем, мы приготовим. И у нас будет красиво, будет вкусно, будет бокал шампанского. Может, у кого-то что-то покрепче. И будет тост, очень важные слова. Тост. Один на всех. Для миллионов украинцев.
За наших воинов, которые сейчас на “нуле”. За каждого, кто отдал жизнь ради Украины. За всех, кто каждый день нас спасает и учит. За всех, кто всегда, и даже в эту ночь, на дежурстве. Пожарные, врачи, энергетики. За наших, которые вернулись из плена и которые этот Новый год встретят дома. За всех, кого мы ждем. За всех, кто нам помогает. За то, чтобы закончилась эта война. За то, чтобы наступил мир. За то, чтобы врагу ничего не удалось. И не удастся, пока вот так мы боремся, пока вот так мы держимся. Пока есть украинцы.
России придется закончить войну, как только они найдут для мира на одну причину больше, чем воевать. Именно поэтому мы часто говорим друг другу то, что говорят наши ребята на фронте: все, что нам нужно, – это продержаться на один день дольше, чем они.
И добавляем сегодня: быть на один шаг впереди, на один час быстрее, на одно решение смелее. И пусть на одну десятую, но лучше. И на десять процентов, на те десять процентов, о которых я говорил в начале, – на десять процентов сильнее. И тогда мы выиграем мир стопроцентно. Я желаю этого всем нам.
Дорогие украинцы!
2025 год подходит к концу. Вокруг нас – настоящая зима. И то, чего мы не видели очень долго, – снег на Новый год. И все дети, безусловно, – если честно, и взрослые – ждали этого.
И это дает сильное ощущение: если мы чего-то очень-очень хотим, рано или поздно это происходит. Безусловно, больше всего сейчас мы хотим мира. Но, в отличие от новогоднего снега, он не упадет нам с неба просто так, как чудо. Но мы верим в мир, и боремся за него, и работаем ради этого. И продолжим это делать. Потому что очень хотим в 2026-м, чтобы тихо в небе и спокойно на земле, чтобы тепло и светло у нас дома. И не 170, а все 220 – так, как должно быть. Чтобы все наши вернулись домой. С фронта, из плена, из оккупации. Чтобы были мы. Чтобы была Украина.
С Новым годом, дорогой народ! Слава Украине!
