Из захваченных территорий Россия депортировала 1 млн 400 тыс. украинцев, в том числе более 240 тыс. детей, сообщает уполномоченная Верховной рады по правам человека Людмила Денисова. Людей вывозят принудительно, заставляют садиться в автобусы, и только при посадке сообщают, что будут везти в “фильтрационный лагерь”.
Многие украинцы из окруженного Мариуполя были вынуждены выехать на территорию ОРДЛО, ведь других вариантов спастись не имели. Факты ICTV пообщались c жительницей Киева Анастасией, чья семья из Мариуполя прошла все круги ада – месяц жили под постоянными обстрелами, без еды и воды, а затем проходили “фильтрацию” и были депортированы в Россию. К моменту разговора с Анастасией ее родные находились еще в РФ, но сейчас им уже удалось уехать из страны-агрессора.
— Моя семья из Мариуполя. Мама там и жила, бабушка приехала еще на новогодние праздники. Брат учится в одном из киевских вузов, зимой на карантин он уехал домой. Когда все началось, 24 февраля, в Мариуполе их ничего особенно не испугало.
С 2014-го они привыкли к взрывам, которые в городе постоянно слышались. Они думали, что все будет, как в 2014-м: будут стрелять в окрестностях города и до них ничего не дойдет. Поэтому никто и не думал о том, что нужно уезжать, когда это еще можно было сделать.
До 1 марта с ними еще была связь, затем им отключили свет, не было воды, начались перебои со связью. В следующий раз мама позвонила по телефону 13 марта.
– Мы поговорили три минуты, она сказала, что жива. Сначала они прятались в ванной. Стреляли каждый день все сильнее. В начале марта в наш дом прилетел снаряд, начались уличные бои.
Ели все, что осталось дома. Еще в начале марта люди разграбили все магазины, даже остатков не было. Мама брала еду, оставшуюся в пустых соседских квартирах. Питьевая вода закончилась. Они начали спускать воду в подвале из труб. Пили ее три недели, а ведь она не питьевая. Поэтому мой брат попал в больницу в “ДНР”, у него была интоксикация, почти отказали почки.
Они не хотели эвакуироваться, до последнего верили, вот-вот сейчас наши отобьют город. А потом с левого берега, где они жили, уже невозможно было эвакуироваться. Разве что на авто. Эвакуироваться в сторону Украины было невозможно. Из дома выйти было нельзя, приготовить еду во дворе на огне – это был целый квест. Многие наши соседи так и погибли, пытаясь заварить себе чай.
Из Мариуполя шли пешком к ближайшему российскому блокпосту
Потом наш дом сильно разбомбили. В нашу квартиру и в соседние были прямые попадания снарядов, мощный пожар, часть дома осыпалась. Сгорели все документы. Когда уже были очень сильные бои, четыре дня моя семья жила в аптеке. Не было ни еды, ни воды.
– Когда бои уже переместились поближе к Азовстали, они решили эвакуироваться. Шли в ближайшую деревню под Мариуполем, в ближайший российский блокпост, где их забрали “днровцы” и отвезли в оккупированный Новоазовск.
С 23 на 24 марта они всю ночь стояли на улице, было очень много людей, очень сильная давка. Холодно, они друг друга согревали. Их оцепили российские военные, чтобы люди не расходились. Когда начиналась давка, солдаты стреляли в воздух, чтобы, так сказать, “дисциплинировать”. За территорию нельзя было выходить. Мама из Мариуполя забрала собаку, так она выгуливала ее под присмотром военного с автоматом.
Как проходит “фильтрация”: спрашивают, знаешь ли азовцев, и кто виноват в войне
На “фильтрацию” вывозят в основном в административные здания. Люди живут в домах культуры, школах. Мои жили в Новоазовске в школе. Там вообще никаких условий не было. Вот, как стояли парты, так люди и спали на них. Это был конец марта, холодно, одеял не было, ничего. Вода только холодная, умыться невозможно.
– Ты живешь месяц в Мариуполе, у тебя нет воды, ты не можешь нормально помыться, приготовить есть. В это трудно поверить, что в XXI веке ты черпаешь воду из лужи, чтобы помыть руки, приготовить есть, топишь снег, спускаешь воду с труб. Ты неделю не мылась, и чувство человеческого достоинства у тебя ниже нуля. И на “фильтрации” с тобой себя так ведут – тебя ни о чем не спрашивают, у тебя нет права голоса, с тобой, как с рабом, обращаются.
Я слышала от знакомых, что во время “фильтрации” раздевают и допрашивают. Конкретно у моих процедура была более мягкая, но, конечно, не из приятных. Это нарушает все права человека. Это допрос: где жили, кого знали. Так как у моих не было документов, чтобы подтвердить личность, они должны были назвать нескольких людей, с которыми общались в Мариуполе, их данные. Снимали отпечатки пальцев.
— У мамы не получалось, потому что у нее перед войной была операция на руке. Они кричали на нее. Это напоминает фильмы о фашистах. Брату 17 лет, его расспрашивали о Правом секторе, где он служил, хотя он еще несовершеннолетний. Основные интересующие их вопросы – имеешь ли связи с военными, с Азовом, что видел, кого считаешь виновным в войне. С людьми, которые отвечали не то, что оккупанты хотели услышать, начинались “воспитательные беседы”.
После прохождения “фильтрации” им дали какую-то бумажку, что им вроде как можно доверять. Но потом эту “фильтрацию” им не раз пришлось приходить и в “ДНР”, и при вывозе их в Россию, и на границе, и когда приехали в Россию, работники ФСБ неоднократно к ним заглядывали.
Домой вы не вернетесь, вам только в Россию
После “фильтрации” людей направляют в разные города. Если у тебя есть родственники в “ДНР” или России, они могут за тобой лично приехать, забирают тебя под свою ответственность. Моей семье угрожали депортацией в какой-то город на Дальнем Востоке, мол, их туда отвезут, поселят, дадут работу. Несмотря на то, что моя мама написала заявление, что она хочет вернуться в Украину, у нее здесь семья.
— В ответ ей говорили, вы же понимаете, у вас нет документов, вы никак не вернетесь домой, вам только в Россию. Там история одна: оформляйте беженство, мы вам поможем, мы такие герои, мы вас спасаем, мы вас спасли от нацистов, ужасного Азова, нам очень жаль, что Украина лишила вас дома. Они максимально стараются людей в этом убедить.
Я звонила по телефону в МИД Украины, в Красный Крест, в полицию, чтобы помогли оформить документы. Потому что без документов их не выпускают из России. Никто не мог помочь, ни одно посольство. Когда я поняла, что мне никто не поможет, мы стали искать другие варианты.
— Нашли перевозчика, возящего за деньги из Донецка в Варшаву через Россию. Стоит это немало – €350 с человека, если в Литву и Латвию – €300. Это большие деньги, и это чудо, что моя семья из уже горевшей квартиры забрала деньги. Они уехали с этим перевозчиком, целый день отстояли в очереди на границе, но из России их не выпустили.
Семье Анастасии удалось уехать из России в одну из стран Балтии спустя почти полтора месяца после депортации. Каким образом спасла родных, девушка не рассказала. Говорит, сейчас все варианты – нелегальные, афишировать их не хочет, чтобы дать шанс таким же образом спастись тысячам украинцев, которых, как и ее родных, незаконно вывезли в Россию.