Эскалация конфликта между США и Ираном выходит на новый уровень: в Вашингтоне рассматривают сценарии прямого контроля над нефтяной инфраструктурой Тегерана, в частности — стратегическим островом Харк.
Параллельно обостряется ситуация вокруг Ормузского пролива — ключевого маршрута поставок нефти в мире.
На фоне этих событий растет напряжение и среди союзников. Так, президент США Дональд Трамп публично критикует страны НАТО за нежелание присоединяться к его операции, тогда как партнеры стараются не вмешиваться в войну в Иране, чтобы не вызвать еще большей эскалации.
Иран, в свою очередь, наносит удары по энергетическим объектам в регионе, включая газовую инфраструктуру Катара, что усиливает риски для глобального рынка.
Что происходило в войне на Ближнем Востоке за последнюю неделю, изменится ли формат сотрудничества США и Европы на фоне конфликта и как это может повлиять на ситуацию в Украине и мире – разбирались Факты ICTV вместе с экспертами-политологами.
- Начался ли новый этап войны на Ближнем Востоке
- Трамп критикует НАТО: что известно
- Часть союзников все же предлагают Трампу помощь
- Итоги и влияние событий на Ближнем Востоке на Украину
Начался ли новый этап войны на Ближнем Востоке
В понедельник, 16 марта, источники в администрации США сообщили, что Трамп рассматривает захват ключевого нефтяного острова Ирана – Харк. В то же время отмечалось, что окончательное решение о проведении операции еще не принято, однако Белый дом думает над возможностью установления силового контроля над островом, если попытки разблокировать судоходство через Ормузский пролив затянутся.
Источники отмечали, что подобная операция потребует наземного вторжения и присутствия американских военных на острове.
Однако существуют опасения, что такой шаг может спровоцировать ответные удары Ирана по нефтяным объектам и трубопроводам в странах Персидского залива, в частности в Саудовской Аравии.
Отметим, что остров Харк является ключевым элементом иранской нефтяной инфраструктуры и именно через него проходит большая часть экспорта иранской нефти.
Позже, 18 марта, стало известно о том, что Иран нанес баллистический удар по Катару, в результате чего одна из ракет попала в промышленный город Рас-Лаффан. Под атакой оказался ключевой центр производства сжиженного природного газа.
Отмечается, что на объекте возник пожар, зафиксированы значительные повреждения. Министерство иностранных дел Катара назвало атаку “опасной эскалацией” и “грубым нарушением суверенитета”.
В ведомстве подчеркнули, что Катар с начала конфликта пытался дистанцироваться от боевых действий и призывал стороны избегать эскалации, в частности не наносить удары по гражданской и энергетической инфраструктуре.
А 19 марта уже Израиль нанес удары по газовой инфраструктуре Ирана, связанной с морским месторождением Южный Парс. Это гигантское месторождение разрабатывается совместно Ираном и Катаром (там оно носит название Северный купол). В 2025 году на нем зафиксировали исторический максимум добычи — 730 млн куб. м газа в сутки.
Иностранные СМИ отмечают, что цены на нефть и европейский газ продолжают расти на фоне последних событий и заявлений, а атаку на Южный Парс называют крупнейшим покушением на энергетическую инфраструктуру Ирана с момента начала войны.
Последствия удара ощутит и Турция, для которой газ из Ирана составляет десятую часть от общего объема потребления.
В тот же день Дональд Трамп пригрозил уничтожить Южный Парс в случае нового нападения Ирана на Катар.
Отвечая на вопрос о том, можно ли считать удары по энергетической инфраструктуре новым этапом войны на Ближнем Востоке, кандидат политических наук, руководитель политико-правовых программ ОО Украинский центр общественного развития Игорь Рейтерович обратил внимание на то, что планы американцев в этой военной операции изначально явно были иными, чем то, что произошло на самом деле.
– Но Иран, во-первых, долго держится и не собирается садиться за стол переговоров на условиях, которые нужны США и Израилю. Во-вторых – он наносит удары по нефтяным объектам, которые находятся на территории соседних стран. И эти страны в той или иной форме являются партнерами или союзниками США, – отметил он.
Эксперт пояснил, что иранцы смогут восстановиться после американских ударов, ведь достаточно хорошо зарабатывают на нефтяной инфраструктуре. Тем более что мир, хотя и имеет определенные запасы, позволяющие сдерживать колебания, находится в тяжелой ситуации, ведь речь о возможном дефиците нефти идет уже даже не о месяцах, а о неделях.
– Поэтому в течение ближайших недель эта ситуация должна так или иначе развернуться. Если не будет видно конца и края тому, что Иран готов сопротивляться и к тому же сам будет наносить удары, это приведет к очень серьезным колебаниям на рынке. Если и не к кризису, то, по крайней мере, к очень сильному подорожанию топлива, – резюмировал Рейтерович.
В свою очередь политолог Вадим Денисенко сообщил, что атака на газовую инфраструктуру Ирана меняет логику войны и является попыткой заставить монархии Персидского залива хоть в какой-то форме принять участие в наземной операции.
Он подчеркнул, что на первый взгляд нелогичные иранские удары по нефтегазовой инфраструктуре соседей имели целью заставить этих соседей максимально давить на США, чтобы война закончилась как можно быстрее и без наземной операции.
– Но Израиль и США, похоже, пытаются идти по пути эскалации ради деэскалации. Однако без полномасштабной наземной операции эта стратегия довольно рискованна. Удары по главному месторождению Ирана, по логике, спровоцируют ответные действия по инфраструктуре стран Персидского залива и, очевидно, как считают в Тель-Авиве и Вашингтоне, могут подтолкнуть монархии к более активным действиям, – рассказал политолог.
Денисенко заявил, что атака на крупнейшее в мире газовое месторождение, вероятно, приведет к массированным отключениям электроэнергии в Иране. Однако вероятность того, что это станет причиной раскола в Иране, относительно невелика.
Он подчеркнул, что стратегия уничтожения элиты ради замены ее новыми игроками, среди которых может появиться предатель, может сработать, а может и нет.
Точно так же стратегия, связанная с отключениями электроэнергии, которые могли бы спровоцировать народные бунты, имеет шансы 50 на 50.
– В течение следующих недель Трамп примет решение: он идет на ограниченную наземную операцию или нет. Идти – значит очень рисковать. Не идти – признать поражение. Даже если будет объявлена победа, – подытожил Вадим Денисенко.
Между тем политический аналитик Олег Пономар в комментарии Фактам ICTV рассказал, что на сегодняшний день Иран выпускает не более 10 ракет в день и, конечно, часть из них проходит через ПВО.
США продолжают охоту на оставшиеся пусковые установки Ирана, и их, по словам Пономара, осталось немного.
Трамп критикует НАТО: что известно
Во вторник, 17 марта, президент США Дональд Трамп публично раскритиковал союзников по НАТО за отказ помочь в войне с Ираном.
Он заявил, что Штаты якобы больше не нуждаются и не хотят помощи НАТО и “никогда в ней не нуждались”.
А также – сказал, что его стране следует пересмотреть свое членство в НАТО за то, что союзники не помогают в войне с Ираном.
Помимо прочего, американский президент обратил внимание на то, что США “не были обязаны помогать, когда Россия вторглась в Украину”.
Политолог Игорь Рейтерович рассказал Фактам ICTV, что очевидно, что страны НАТО пока не хотят вступать в войну на Ближнем Востоке так, как того хочет глава Белого дома, ведь таким образом они превратились бы в объект для иранских атак.
– Никто не хочет рисковать еще и потому, что это очень плохая электоральная история, и она не слишком позитивно воспринимается в этих странах. Жители стран НАТО будут задавать себе очень простой вопрос: а зачем нам Иран, который находится в другой части мира. Он очень далеко, почему мы отправляем туда своих военных, – сказал политэксперт.
Также Рейтерович напомнил, что президент США максимально оттолкнул от себя союзников, когда вел себя с ними неуместно: просил о помощи, однако это выглядело как требование, причём весьма грубое.
Он подчеркнул, что одним из примеров таких неуместных заявлений является фраза американского лидера о том, что НАТО – это якобы “бумажный тигр”.
– Очевидно, что европейцы на это (поведение Дональда Трампа, – Ред.) очень обижены, и поскольку это была операция Соединенных Штатов, и они это делали как США, а не как страна-член НАТО, то и вмешиваться сейчас в эту историю они не слишком сильно хотят, – пояснил политолог.
Игорь Рейтерович добавил, что еще один момент связан с тем, что существует вероятность того, что если союзники вступят в этот конфликт, это усугубит кризис и затянет его.
Эксперт пояснил, что Иран может попытаться сделать так, чтобы страны остались без топлива еще на очень долгое время, поэтому Европа занимает в этом конфликте достаточно осторожную позицию.
Часть союзников все же предлагают Трампу помощь
Так, 20 марта стало известно, что по меньшей мере шесть союзников готовят шаги для разблокирования Ормузского пролива.
Речь идет о ряде стран – от Великобритании, Франции, Германии, Италии и Нидерландов до Японии и Канады.
Они осудили иранские атаки на гражданские торговые суда в Персидском заливе, атаки на инфраструктуру, в частности на нефтегазовые объекты, а также фактическое закрытие Ормузского пролива.
Эти страны призвали Иран прекратить блокировать торговое судоходство и соблюдать резолюцию 2817 Совета Безопасности ООН. Ведь такое вмешательство в международное судоходство и нарушение глобальных цепочек поставок энергоносителей представляют угрозу международному миру и безопасности.
Также 20 марта стало известно, что Великобритания разрешила США использовать свои базы для нанесения ударов по объектам в Иране.
Политэксперт Игорь Рейтерович, комментируя это заявление, подчеркнул, что пока не ясно, как именно будет выглядеть помощь союзников США.
Среди возможных вариантов – обеспечение безопасности уже после того, как пройдет активная фаза боевых действий.
– В любом случае флот будет идти туда не один день, и не два, и не три. Поэтому не факт, что это произойдет прямо сейчас. Здесь Трампу еще определенный период времени придется рассчитывать на себя. Но он фактически пожинает плоды своих предыдущих заявлений, когда пренебрежительно относился к Альянсу и партнерам, обвинял Европу во всех грехах, рассказывал о том, что только Соединенные Штаты всех защищают, – подытожил политолог.
Он пояснил, что на данный момент получается так, что Дональд Трамп заинтересован в Европе несколько больше, чем сама Европа – в Штатах. Однако в перспективе, по его словам, они заинтересованы взаимно – для ЕС США важны как военный союзник, а для Трампа Европа – крупнейший торговый партнер и рынок.
– Можно, конечно, поссориться. Президент Трамп же хотел сначала вводить тарифы, пошлины. Но он должен понимать одну простую вещь. Если он это сделает и уйдет из Европы, в первую очередь это вызовет очень серьезное сопротивление и противостояние внутри США, – отметил Рейтерович.
По его мнению, президенту США все же придется найти возможность как-то договориться с Европой.
Итоги и влияние событий на Ближнем Востоке на Украину
Политический эксперт Игорь Рейтерович отметил, что стоит заметить: если президент США Дональд Трамп в своих неоднозначных заявлениях и поведении начнет терять Европу, на его место придет Китай, который экономически займет эту нишу.
– Я не думаю, что Трамп и республиканцы этого хотят. Поэтому сейчас у них идет такой обмен заявлениями, где каждый надеется, что другая сторона уступит и выйдет на какой-то сценарий, который устроит всех. Я думаю, что Трамп вряд ли всю эту ситуацию полностью переломит в свою пользу, – рассказал он.
Рейтерович добавил, что Дональд Трамп в случае затягивания войны в Иране “окажется между тремя огнями”.
С одной стороны – собственное население, с другой – европейцы, и с третьей – страны Ближнего Востока, которым этот конфликт уже не слишком нравится.
– Поэтому здесь выход может быть такой, что Трамп приостановится и будет как-то пытаться выйти из войны, договориться. Или они начнут наземную операцию для того, чтобы окончательно взять Тегеран под контроль и не дать возможности Ирану делать то, что он делает сегодня, – заявил эксперт.
В этой ситуации, по словам Рейтеровича, у Дональда Трампа не так много козырей в рукаве: он может отказаться от программы помощи Украине и не продавать европейцам американское оружие.
Но в остальном – серьезных рычагов давления на Европу у него нет.
– И никто ядерное оружие и так далее забирать не будет, по одной простой причине: это же линия обороны США! И для них эта линия обороны лучше, чтобы проходила в Европе, чем на американском континенте. Это нужно очень четко понимать, – сказал политолог.
По его мнению, не исключено, что президенту США уже предложили обмен – союзники помогают на Ближнем Востоке, а американцы увеличивают поддержку Украины в реальных переговорах.
– Он, судя по заявлениям, если такое предложение получил, пока решил не принимать. Но окна возможностей для него сужаются, – сообщил Игорь Рейтерович.
В то же время политический аналитик Олег Пономар, комментируя вопрос о том, движется ли операция США и Израиля в правильном направлении, отметил, что необходимо учитывать, какие политические задачи ставили союзники перед началом операции.
По его мнению, политические задачи касались уничтожения иранской армии и флота, а также ракетной, шахидской и ядерной программ. А также – смены режима (цель-максимум) или критического ослабления режима (цель-минимум), которое отбросит государственное управление Ираном на много лет назад, создаст вакуум власти и откроет возможности для смены режима в будущем.
– Итак, политические задачи операции выполнены примерно на 80% (грубо) и операция продолжается для того, чтобы выполнить их полностью… Если соединить все точки, то вектор операции таков: задачи выполняются, операция продолжается, несмотря на затраты, до тех пор, пока задачи не будут выполнены на 100%. США и Израиль явно побеждают Иран, – высказался Пономар.
Политолог Вадим Денисенко, отвечая на вопрос о том, как все эти события отразятся на Украине, отметил, что в первую очередь никакого выхода Дональда Трампа из переговоров по российской войне не будет.
– Трамп, возможно, и хотел бы подыграть России, но ситуация такова, что без поддержки Конгресса и Сената это невозможно, а поддержки нет. К тому же – есть довольно четкая позиция Германии, которая станет локомотивом протеста в ЕС, – пояснил Денисенко.
Он добавил, что реальный переговорный процесс по Украине, судя по всему, начнется не раньше конца апреля – начала мая.
