Атака на мозги гражданских: зачем РФ усилила удары по Киеву
Интересно, что нашествие реактивных дронов на Киев заставляет говорить об отчаянии.
Но вот парадокс. Президент России Владимир Путин запускает дроны из отчаяния. Потому что не может достичь своих целей. И одновременно хочет вызвать отчаяние у украинцев, у киевлян, чтобы они сдались. Или потребовать капитуляции от власти. Конечно, под лозунгами «мы за мир».
Мог ли Путин так активно атаковать Киев раньше? Конечно, мог. Никто никогда не сбивал Шахеды на 100%. А год назад, когда о дронах перехватчики ещё даже не говорили в широких массах, эффективность сбивания Шахедов не слишком отличалась от эффективности сбивания этой реактивной дряни. Но россияне этого не делали. Ну, потому что как-то не принято целенаправленно и систематически наносить удары по супермаркетам. Да, конечно, время от времени российские ракеты или дроны поражали склады или магазины, но это никогда не было приоритетной целью. И не было систематических атак.
А теперь они появились.
Если не верите, спросите, почему год назад мало кто говорил о страховании военных рисков для бизнеса. А теперь это просто топ-тема. Для Киева и окрестностей.
Итак, Путин начал с упорством атаковать гражданские цели. Почему? Это же явно эмоциональный шаг. Ведь если бы это давало результат и было продуманным рациональным шагом, россияне делали бы это уже давно. Почему? Ну потому что эффект от этого очень ограничен. При этом требует значительных ресурсов. Ну вот, в Макдональдсе теперь будет ограниченное меню. Вот такое достижение. В Киеве иногда бывают перебои с кока-колой. Но виски можно пить и с яблочным соком. Бизнес пострадал. Но никто не говорит и не будет говорить о массовых банкротствах. Да, есть сокращение персонала. Но это происходит на фоне нехватки кадров в экономике и четвертого подряд года роста средних зарплат на 20%.
Да, возможно, теперь украинский ВВП в этом году упадет в пределах 1% вместо того, чтобы расти на тот же 1%. Но если депутаты наконец проснутся и проголосуют за реформы, придут то ли на «толоку реформ», как их просит ЕС, то ли хотя бы на «субботник», то финансовой устойчивости ничего не угрожает. Западные деньги продолжат поддерживать украинский тыл.
Путин точно хочет атаковать умы гражданских. Но почему? Потому что он на них очень зол. У него нет другой возможности. У него нет ресурсов, чтобы повлиять на ситуацию на фронте, и нет способности разрушить экономику. Все это могут сделать только сами украинцы. Своими руками. Депутаты уже продемонстрировали в этом году мастер-класс по тому, как из ниоткуда устроить кризис. Путин хочет, чтобы киевляне сделали то же самое, только массово.
Еще и мстит за унижение, возникшее после усиления украинских возможностей по нанесению ударов по российскому тылу. Показывает, что будет, если Украина не остановится и не капитулирует. Но фишка в том, что ресурсы Путина и его возможности не изменились. Ни год назад, ни два года назад. А украинские возможности выросли. Но Путин не хочет это признавать. И бесится. Тратя ресурсы на эмоциональные выпады.
Путин, конечно, был бы рад устроить геноцид, как в Алеппо. Но не может. Тогда остаются постоянные точечные удары, которые должны создавать впечатление постоянной опасности. Даже несмотря на то, что вероятность попасть под российский дрон остается очень низкой. Но Путин здесь хочет работать с эмоциями. Ему бы со своими поработать. К психотерапевту сходить. Или уже к психиатру. Но это не вариант для правителя империи. И поэтому остаётся вот так выплескивать своё отчаяние. В надежде довести киевлян до отчаяния. И в надежде на морозную зиму. На фоне климатических изменений.
Зима будет неприятной. Но катастрофой ее можем сделать только мы сами. Если захотим помочь Путину. Странное было бы желание.