PCEtLSDQndC1INC00L7QsdCw0LLQu9C10L3QsCDRgNC10LrQu9Cw0LzQvNCwIGZ1bGxzY3JlZW4gLS0hPg==
ФАКТИ iPad / iPhone ФАКТИ Android
Андрій Єрмолаєв
Автор: Андрій Єрмолаєв

Прогноз на 2016 год для Украины: Путин в регионах и истерика в Раде

Сможет ли Киев вывести конфликт на Донбассе из замороженной фазы? Когда ожидать перевыборов в Раду и как долго проработает премьер-министром Арсений Яценюк?

2016 год обещает стать для Украины определяющим. Сможет ли Киев вывести конфликт на Донбассе из замороженной фазы? Когда ожидать перевыборов в Верховную Раду и как долго проработает премьер-министром Арсений Яценюк? Самое главное – какой процесс может объединить Украину? Прогноз директора института стратегических исследований Новая Украина Андрея Ермолаева.

 

Рубикон

У нас были годы периферийные, промежуточные, были и веховые, переломные. В истории 20 века для Украины такими “переломными” были 1917-1920, 1922-24,  1932-33, 1939-45, 1991, 2014.. И 2016-й – тоже своеобразный Рубикон в масштабе будущего Украины.

Каждый народ платит свою историческую цену за то, чтобы не только состояться, но и реализовать себя в истории. И после всей этой мишуры споров и политических конфликтов за право быть мессией “своей нации” мы расплачиваемся сейчас распадом, потерями, смертями, злобой, ненавистью и реальной угрозой потерять шансы на общее будущее.

Человек так устроен: его собственный “мир” с заботами, тревогами и проблемами часто затеняет и даже закрывает происходящее  вокруг. Так может быть и со всем обществом: внутренние вызовы застилают глаза перед масштабом проблем. Сдавая испытание на историческую зрелость (как тут не вспомнить Тойнби с его “историческими и неисторическими народами”), мы просто обязаны разобраться, понять и учесть на будущее, как рождалась современная Украина – в ее составе, умонастроениях, поколенческом измерении, границах. Как “складывалась” наша социокультурная мозаика сначала в рамках “советской Украины” (особенно после после Второй мировой), а затем и в качестве независимой Украины. Никакие легенды об Украх или засахаренные мифологеммы о Киевской Руси и Казаччине тут не помогут. 

И если нам и нужен сейчас в качестве аргумента “опыт истории” – то скорее опыт “казацких сборов”, “учредительных собраний”, “съездов советов”, но никак не “освободительных войн” или “новых гетьманатов”.

2016 может завершиться национальным успехом. Такой шанс у нас есть. Но реализуем он при условии нашей готовности к социальным инновациям (есть и такие), формировании общей платформы Украинского мира (как показала жизнь, очень сложного, цивилизационно многоукладного), и Нового Национального курса. Альтернатива – фрагментация украинства, “разные украины”. Доминирование сторонников “малой Украины” и “партии войны” в таком случае может обернуться негативными процессами вплоть до обострения сепаратистских тенденций, социального обвала и даже риском новых распадов. И тогда раскол с Донбассом – только начало этой национальной трагедии.

Да, придется заплатить большую цену, многим уступить. Но оно того стоит – в выигрыше окажется Украинский национальный проект.

У Украины есть стратегические партнеры. Но нужно понимать, что для США вопрос Украины сейчас стал символическим, поскольку у Вашингтона слишком много неудач во внешней политики после распада СССР.  Среди таких провалов, например, – полное поражение проекта “Новый Ближний Восток” и на грани – концепт Трансатлантического сообщества.

Парадокс: если в Украине не будет реализована политика реиндустриализации и “нового социального государства” (прошу не путать с болтовней о “реформах”), а будет развал и деградация, это больно ударит по самим США.  При том, что Штаты вынуждены поддерживать на плаву в Украине элиту, несостоятельную ни как антикризисный менеджмент, ни как национальная консолидирующая сила.

Может наступить момент, когда от Украины просто устанут. Если мы с настойчивостью будем только говорить и ничего не делать, в нас просто разочаруются. Такую страну будет выгоднее разменять в геополитической игре. Например, в ходе торгов с Россией вокруг ближневосточной ситуации и разворачивающегося европейского кризиса. Вот цена всему, с чем нам придется столкнуться в 2016 году.

 

Байден

Выступая в Верховной Раде Джо Байден дал понять украинским политикам, что перед страной сегодня –  исторический шанс. Или мы его используем, или кризис окажется необратимым. Неслучайно он приводил в пример гражданскую войну в США и тот опыт трагедий и примирения, который обрела эта страна благодаря этому испытанию. Возможно, для Украины Крым и Донбасс и стали тем историческим испытанием, пройдя которое, украинцы состоятся как нация? Не по признаку «итогов референдума» и паспорту в кармане, а как общность, которая состоялась, потому что научилась понимать, прощать, и признавать право на жизнь и достоинство каждого (об этом, кстати, тоже говорил Байден).

Общее будущее для Украины – это на 100 процентов не ура-патриотическая толпа, которой правят специалисты по “любви к родине”, и не милитаризированное общество, обрекающее целые поколения на “жизнь в войне”, и уж тем более не общество, которое вдруг подчинится “Русскому миру” (об этом фантоме вообще разговор особый).

Общее будущее – это образ и идеал страны, которую мы можем строить вместе для своих детей, и в котором наши родители наконец то ощутят благодарность за свой вклад и свою прожитую жизнь. Никогда еще людей не объединяли деньги, выгода, бизнес, сила и оружие. А объединяли те самые “ценности”, которые так запилили наши идеологи. Ценности – как мерила настоящих человеческих отношений, которые стали такой редкостью в современном нам украинском обществе. И тайна  ценностей в том и состоит, что их “не декларируют”, а “практикуют” – как повседневное, гуманное, человеческое отношение к другому.

В 2016 году, найдя формулу мира, мы сможем по-другому посмотреть на то, какой может быть Украина вместе. Это тот самый исторический момент, когда при необходимости Национальные форумы организовываются за одну неделю, а Конституции принимаются в считанные дни. Потому что в жизни страны и нации есть Главное и Не-главное.  В 2016 важнее нового национального мира нет ничего.  

Но если этот ответ не будет найден – нам угрожает не просто “малая Украина”, а эффект домино. Накопившегося негативного опыта жить вместе с государством-хищником, всегда проворовавшимися чиновниками, провалами в гуманитарной сфере, хватает. Есть пределы терпения. Может быть огромное количество разных украин, но если не будет достигнут мир ради общего будущего, украинский проект мы рискуем потерять навсегда.

 

Донбасс

То, что до сих пор процесс переговоров проходит только в рамках минской группы, по сути, загнал в тупик решения конфликта на Донбассе. Минский процесс нужен. Но он стал инструментов игры в “колпачки”.

Дело даже не в нем. Четче и чаще звучит тезис, что эта осень потеряна из-за невыполнения парижских обязательств. Кто виноват в том, что после Парижа не получилось сформулировать план решения проблем Донбасса?

Если отмотать пленку, то как раз в контексте плана Мореля были запланированы выборы в “ДНР” и “ЛНР”, сформулирован набор вопросов для решения этой проблемы. Но по факту ничего не произошло.

Если до марта 2016 не будут разработаны новые переговорные позиции, по всей видимости, в “ДНР” и “ЛНР” начнутся процессы внутренней консолидации, формирование более устойчивых институтов управления.

Я не думаю, что донбасский конфликт обернется новой открытой фронтальной войной. Но укрепление государственнических традиций в т.н. республиках – факт. На фоне того, с чем будут сталкиваться другие регионы Украины, у многих может возникнуть соблазн поиграть в собственные особые образования. Это нас ждет в первом полугодии.

Надо четко сформулировать украинскую инициативу. Нужен внутренний диалог и более адекватная позиция по тому, что делать с Донбассом. Я лично жду, что придет правильный менеджмент этого проекта, который говорил бы языком примирения, имел бы опыт миротворческих операций, миссионерских действий под эгидой ООН.

Политикам пришло время избавляться от языка войны, который загнал страну в тупик. Язык войны, по сути, сейчас чуть ли не ключевая причина поддержания конфликта. Он мотивирует людей на противстояние.

 

Крым

С Крымом не будет ничего. Те меры, которые принимает Россия, не спасают ситуацию. Однако они минимизируют риски. Россия будет форсировать создание торгового флота. Предпосылок для внутреннего протеста и борьбы за возвращение в Украину я не вижу. Те же крымские татары не решают проблему Крыма. Они решают проблемы своей консолидации, мобилизации и борьбы за будущую государственность.

Пока что их действия подрывают непубличные договоренности, которые, по всей видимости, существуют между странами в рамках Нормандского формата. Дестабилизация Крыма может провоцировать к новым конфликтам.

Блокада Крыма создала прецедент, которых многих насторожил. Пограничные проблемы страны решают добровольцы и общественные организации. А у государства нет возможности каким-то образом разрулить ситуацию. По Крыму вроде бы есть оправдания, но, опять же, создан прецедент. Ситуация на границе и режим торговли – это дело государственной власти.

 

Переговоры

Санкции против России продлены еще на полгода. Видимо, это тот срок, в период которого к Украине будут выдвигаться жесткие требования по форсированию решения проблемы Донбасса. Никто из внешних игроков не готов к окончательному отделению Донбасса от Украины. Даже несмотря на все наши политически “сопливые” разговоры о замороженности, латентности…

Я не говорю о том, что будет легко, а все сепаратисты исчезнут на следующий день “як роса на сонці”. Тем не менее, мерцающий конфликт – игрушка дорогая. На самом деле, уже не очень эффективная и для России. Не исключаю, что в первом квартале будет инициирован вариант более высокого уровня договоренностей.

Важно также учитывать и то, что ожидаемый в апреле референдум в Голландии может быть использован Евросоюзом как инструмент шантажа в отношении Киева. Если украинская власть признает необходимость новых переговорных позиций по Донбассу и достигнет договоренностей о правилах выборов, статусе и перспективе населения и территорий т.н. “ДНР/ЛНР”, ЕС будет заинтересован и в форсировании евроинтеграции (а это и дополнительная агитация голландцев, и меры по визам, и перезагрузка отношений с РФ, судьба санкций и т.д.). Но если Киев продолжит двойную игру, я не исключаю, что “голландская пощечина”, и затем и “гаагзский привет” станут холодным душем для украинской власти уже в марте-ареле 2016-го. Просто не стоит забывать, что ЕС – это все-таки не благотворительный фонд, а акционерное общество (с ограниченной ответственностью).

Я обратил внимание на заявление Путина о необходимости новых переговоров о зоне свободной торговли с ЕС. Мне кажется, это не просто его пассаж – за этой инициативой стоят, по всей видимости, консультации о выходе из сложившейся ситуации с европейскими партнерами.

Наверное, в первом квартале будет найдено решение повысить уровень минского процесса с точки зрения его легитимности и статуса; либо наряду с минским процессом (консультационным) будет создан новій договорной формат. Не исключаю, что это будет антикризисная группа Олланд-Меркель-Путин-Порошенко, которая возьмет на себя выработку формулы, которая устроит всех. Она же будет предложена не как личная инициатива Кремля или уступка Киева, а как некое разумное решение. Речь идет, как минимум, о статусе территорий, восстановлении контроля на границе, социально-гуманитарной поддержке населения.

 

Россия

Я бы не рассчитывал на то, что в 2016 году Россия окажется в состоянии глубочайшего кризиса. Скорее всего, на уровне российских элит будет достигнуто понимание, что мобилизационная модель, которая реализовывается последние 3-4 года, оказалась малоэффективной.

Впереди выборы в Госдуму 2017 года. Российский режим в 2016-м будет демонстрировать некую либерализацию. Это может проявляться, например, в новых политических инициативах по демократизации жизни. Возможно, будут предприниматься меры по укреплению малого и среднего бизнеса.

Есть риск, что Россия будет делать ставку не на интриги и на борьбу за влияние центральной власти в Украине (думаю, Путин неоднократно убеждался, что все попытки сделать ставку на “победителя” приводят только к неудачам). Более активно, причем в экономическом плане, будет проводиться работа с региональными элитами. Грубо говоря, с теми, кто сейчас стал “собственниками” украинских регионов. Это может выражаться в активизации российского бизнеса. Кремлю проще будет подкупать регионы, чем заниматься конфликтующим Киевом.

 

Реальная политика

2015 год закончился беспрецедентными скандалами в кабинетах власти. Всегда приятно тешить себя иллюзиями, что стычки Барна и Яценюка, Саакашвили и Авакова специально разыграны. Гораздо хуже предполагать, что все это от дурости.

Один только скандал Авакова с Саакашвили и вал обвинений, который сейчас прозвучал в адрес правительства на антикоррупционных форумах, принес потенциальные потери стране на сотни миллионов долларов. Ни один уважающий себя западный банкир или руководитель корпорации не будет работать со страной видя, в каком состоянии находится власть, где премьеров “выносят” из-за трибуны.

По большому счету, если убрать политическую сторону скандала, это подрыв национально-экономической безопасности Украины. Национальной – не только потому что речь идет о представителях государственной власти. А еще и потому, что все это происходит на глазах нации. Публично. Это видят и об этом знают в каждом городке и селе. И что, кто-то считает, что люди готовы доверять своему государству, наблюдая все это? Само постыдное, что все эти события стали предметом лишь анекдотов и ерничества в среде элиты.

Подводить итоги 2015 года и мерять будущее нужно не ВВП, кредитами, деньгами, а совсем другими категориями. Психологический разрыв между властью и обществом достиг очередного предела. А украинцы, живущие на Донбассе и Крыму, получили новые аргументы “в пользу” своих сепаратистов, автономистов и федералистов. И нужны огромные усилия, чтобы убедить их в том, что единая Украина – это благо, а украинская власть – справедлива и честна.

К сожалению, социо-психологический разрыв между восточной, южной, западной Украиной будет усиливаться. Конфликт и информационная война длятся почти два года. Это сопоставимо по сроках, когда люди переживали Вторую мировую войну.

В 2016 году будет нарастать проблема новых идентичностей. Учитывая бесконечность информационной войны, люди начинают искать новое общее. Существенно усиливается ощущение свои-чужие. Или разные. Прежде всего на региональном уровне.

Второй момент – катастрофически примитивный уровень реализации культурной политики и политики в сфере образования. Правильно продуманные художественные, поэтические, исторические образцы – проблема номер один. Не хлебом единым. Люди чувствует, что они вместе, что их патриотизм не уходит, как свисток, в космос тогда, когда они получают какую-то встречную реакцию – как “эстетизацию” своего пережитого. В случае с Украиной эти сферы оказались на задворках. Культурный кризис и кризис образования – одни из вызовов 2016 года.

 

Парламент

Правительственного кризиса не избежать. Да, собственно, он уже в полном разгаре. И не разрешается этот кризис лишь по одной простой причине: Порошенко и Яценюк неожиданно для себя стали заложниками друг друга. Вернее, их политические судьбы. На мой взгляд, президент совершил серьезную ошибку, побоявшись отставки Яценюка в конце 2015-го. Но обратно уже не отмотаешь.

Если смена правительства и возможна весной, то формирование нового состава правительства действующей коалицией пока маловероятно. Кризис лидерства, сведение счетов вместо трезвых оценок ситуации, выраженный «бонапартизм» отдельных персон, неготовность предложить стране новую политику (в широком смысле), медианаркомания – все это загоняет ситуацию в глухой угол. Похлеще 2014-го.  

Вариант т.н. технического правительства возможен при одном условии – если свою роль сыграет президент. Учитывая тупиковость ситуации, стране нужен широкий политический компромисс. Хотя бы временный. Как символ, как начало политического диалога. Это нужно и для форсирования мирного процесса. Это нужно для смены экономического курса. Это нужно для реализации более гибкой и комплексной региональной политики в условиях “недоделанной” реформы самоуправления.  

Готов ли президент к политике компромисса – прогнозировать сейчас сложно. Как ни парадоксально, технический премьер может оказаться еще более сильной фигурой, чем любая политическая фигура из коалиции. Именно потому, что он будет занимать нейтральную позицию, позицию технократа. А фактически этого человека начнут воспринимать спасителем страны на фоне драки в парламенте. Запрос на такую фигуру у общества есть.

С одной стороны, мы получим технический состав правительства и равновесие в парламенте. Это именно то, что нужно Украине. Но с другой – приход во власть людей относительно нейтральных и более компетентных, чем сейчас, может сыграть злую шутку с нынешней властью.

Вариант технического правительства был бы интересен, если бы в парламенте была создана т.н. широкая коалиция. Договор пропрезидентских сил с Оппозиционным блоком, ушедшими в оппозицию радикалами и занимающими двойственную позицию Відродження и Сила народа легче политически представить. Его можно представить нации как вариант компромисса в условиях глубокого кризиса. Если бы такой подход правильно был предложен, он мог бы сыграть положительную роль.

Но этот вариант выглядит маловероятным. Огромные страхи, недоверие, слишком высокий уровень истерики и нетолерантности в политике. Одна только попытка начать разговор о широком компромиссе моментально приводит к глубочайшему парламентскому кризису.

В случае, если весной все же решение о недоверии правительству Яценюка будет проголосовано, то наиболее вероятно, что это закончится еще более метаморфозной ситуацией –  и.о., и надолго. Так как Конституция предполагает некоторое время для переговоров, нынешний премьер все равно останется премьером – с приставкой и.о. А повестка “кризис правительства” будет сменена новой – “досрочные выборы”.

Ну и логично предположить, что сама тема новой Конституции (учитвая все – проблем реформы самоуправление, статус регионов, реформу политической системы, суденую реформу и пр.) станет одним из мейнстримов 2016 года.

 

Выборы

Примерно к марту-апрелю вопрос перевыборов парламента станет критичным. Форсированный вариант – май-июнь. В этом случае все равно придется решать две проблемы – пересматривать бюджет, который никого не будет устраивать; возможен пересмотр выборного законодательства. Эти два вопроса, видимо, серьехно усложнят вариант быстрых перевыборов.

Второй срок их проведения – осень 2016. В этом случае для многих парламентских и внепарламентских сил выигрыш времени выгоден. Однако есть один главный минус – парламент просто не сможет работать. До сентября будет истерика и война с правительством.

Якщо побачили помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту і натисніть Ctrl+Enter.

Вгору Вгору
Вверх

    Знайшли помилку в тексті?

    Помилка