Суета убивает величие: Елена Фроляк о кофе в постели, источнике ресурса и отношении к хейту

Ежедневно смотрят эфиры, где наша профессиональная и элегантная Елена Фроляк ведет информационные выпуски или общается с экспертами в разговорных студиях телемарафона Єдині новини.

Сегодня, 19 апреля, ведущая и руководитель Фактов ICTV отмечает день рождения. По этому случаю в эксклюзивном интервью мы поговорили с ней о том, что обычно остается за кадром.

Елена Фроляк о медиасфере как тонусе

– Елена, 19 апреля вы празднуете день рождения, я знаю, что вы являетесь сторонницей естественного взросления, поэтому не скрываете свой возраст. Так было всегда?

– В современном цифровом мире что-то скрывать абсолютно бесперспективно – можно нажать две кнопочки и узнать все обо мне: сколько лет, сколько детей… Там, наверное, информации больше, чем я сама о себе знаю.

И, знаете, как говорят, главное – не сколько лет в твоей жизни, а сколько жизни в твоих годах. Вот это главное.

– Мне кажется, что люди, которые работают в медиасфере, особенно те, кто появляется на экранах, в любом случае держат себя в тонусе, потому что им постоянно нужно что-то транслировать вне.

– Профессия накладывает обязанность быть ухоженной и опрятной, собранной не только морально, а и физически…

Иногда говорят: Боже, вы такая маленькая, а в эфире выглядите больше, поэтому за этим, конечно, нужно следить (смеется). Но, знаете, я замечаю, что с возрастом начала относиться легче ко всему – с большим юмором и по-философски.

– Сколько лет вашей жизни связаны с медиа и помните ли момент, когда поняли: это точно ваше?

– Наверное, еще когда я делала первые репортажи на ивано-франковском телевидении после окончания университета. Когда они у меня получались, когда я видела, что коллегам нравится. Когда я сама понимала, что получилось.

– Если бы вам предложили на один день сменить профессию, но чтобы она не имела никакого отношения к медиа, кем бы вы себя попробовали?

– Мне нравится работа, когда сразу видно результат. Вот даже как с сюжетом – ты поехал, снял и выдал в эфир. Наверное, что-то связанное с общением с людьми.

Я даже иногда думаю, что, хоть я и боюсь больницы, из меня получился бы неплохой врач, например, детский. Или продавец – я бы подбирала женщинам красивые луки. Возможно, каким-то садовником. Еще мне очень нравятся люди, которые умеют сделать красивый дизайн интерьера или экстерьера.

Елена Фроляк об эмпатии и хейте

– Если вернуться к новостям: как журналисту, который ежедневно пропускает через себя трагедии, не превратиться в человека с “тефлоновой душой”, к которой ничего не прилипает? Есть профдеформация?

– Конечно, есть, и от нее никуда не деться. Я думаю, так же и профессиональный цинизм есть, мы – информационщики – иногда грешили, заостряли внимание на масштабности катастроф или жертв. Сегодня уже этого делать не нужно, война это делает каждый день… Поэтому человеком нужно оставаться прежде всего и в кадре, и в жизни, и на съемке.

На пятый год полномасштабной войны очень все устали, измучены. График работы тяжелый, особенно у журналистов – каждого хочется поддержать, обнять. Вот эта эмпатия в журналистском сообществе, на мой взгляд, очень важна, ведь психика реально сыплется.

К тому же сейчас очень много хейта, хайпа, кто-то что-то напишет, потом тут комментарии такие, что, думаешь, Господи, как бы тут умыться в белой воде, и мне кажется, это так же отравляет нашу профессию. Поэтому повторю – оставайтесь людьми.

– Вы, кстати, очень хорошо знаете, что такое хейт в сети, потому что в феврале этого года вы столкнулись с ним лично после высказывания о работе ТЦК, когда напомнили, что они выполняют свои служебные обязанности. Как вырабатываете стрессоустойчивость?

– Я не читаю комментарии и до сих пор считаю, что даже если в ТЦК придут работать сами ангелы, это не решит проблему с мобилизацией. Вот что я хотела сказать.

Как по мне, даже проваленная и потерянная коммуникация сейчас не спасет ситуацию, потому что люди просто боятся, убегают, боятся погибнуть… Тем более не понятно, когда это все закончится, ротаций нет, ребята на передовой годами.

Еще в начале полномасштабки один известный генерал сказал: У нас есть одна беда – украинцы не хотят защищать свою Родину… А сейчас посмотрите, сколько выехало мужчин, сколько утонуло в Тисе, сколько сейчас молодых парней 18-22 лет выехали по постановлению и большинство просто не вернется в Украину.

Поэтому пусть хейтят, но правда где-то такая: защищать свою Родину – священный долг, препятствование работе ТЦК – это препятствование ВСУ и должно наказываться законом так же, как применение силы к гражданским со стороны работников ТЦК. Закон должен работать.

– Ваши муж и сын спокойно ходят по улицам? Не боятся встречи с ТЦК?

– Нет, никто не боится. Муж работает, ему 60 лет, он уже не военнообязанный, а младшему сыну 21 год – студент. За границу он не выезжал.

– Если сын придет и скажет вам: Мама, я нашел себе бригаду, я решил – становлюсь к оружию, что вы скажете ему?

– Это будет его решение. Я скажу: Вперед.

– Насколько вы устойчивы к стрессам? Какая Елена Фроляк в моменты большого напряжения?

– Я очень эмоциональная, мне очень часто это мешает. Однако насколько я взрывная, настолько же быстро успокаиваюсь и всегда скажу, что была неправа, извинюсь, если я слишком проявила эмоции. Я не дерусь и не ругаюсь, но я очень эмоциональная.

Елена Фроляк о муже

– Вы с мужем уже много лет вместе. Вы сошлись на сходствах или различиях?

– Думаю, что на различиях. Он спокойный и рассудительный. Я люблю повторять его фразу “Суета убивает величие”. А я такая очень суетливая, неловкая, я бью посуду, спотыкаюсь на ровном месте.

Мне нужно все делать быстро. Я иногда бываю невнимательная, торопливая, А муж, наоборот, очень рассудительный.

Его, например, устраивает обстановка дома, а мне хочется что-то поменять – шторы, диван, передвинуть мебель. Мне нужно постоянное движение.

Мне кажется, если бы еще муж был такой очень подвижный, торопливый и эмоциональный, то это была бы, наверное, какая-то слишком взрывная смесь (смеется).

– Так это и есть ваш секрет длительных отношений – вы друг друга дополняете?

– Дополняем, да. Иногда, конечно, разное бывает: и ссорились, и мирились. Ну, это нормально.

– Через столько лет семейной жизни остается место романтике?

– Да, конечно, остается. Я очень люблю, когда муж мне дарит цветы, когда приносит кофе в постель. Я очень люблю пить кофе в постели, честно вам скажу. Хотя могу немного и пролить (смеется).

Мы очень любим вечером выпить бокал вина. Например, в пятницу сесть на качелю в нашем дворике и о чем-то поговорить, поспорить, особенно о кино, или сериале, или книге.

Елена Фроляк о внутреннем ресурсе

– В продолжение темы кофе в постели – в такое тяжелое время советуют поддерживать эти маленькие ритуалы, радовать себя приятными мелочами, потому что именно они держат наше ментальное здоровье. Что вас спасает в эти времена, кроме кофе в постели?

– Я смотрю очень много кино, сериалов, читаю книги, гуляю с собакой, стараюсь поддерживать связи с подругами.

Но, знаете, я заметила, что война нас закинула в пузырь. Вот я отработала эфир – и бегом домой. Мне хочется в свою комнату, к своей собаке, к своим ребятам. Я хочу сесть за свой сериал, за кино, за книгу. Я бегом бегу в свою раковину. Наверное, это связано с тем, что мы бежим туда, где чувствуем себя наиболее безопасно.

Кроме того, я стараюсь куда-то выезжать. Вот сейчас я поехала с мамой на несколько дней в Трускавец. Летом выбираюсь с мамой или дочерью за границу на машине. Пусть это будет пять дней, десять дней, но нужно как-то менять обстановку.

– Бывают дни, когда даже с утра трудно собрать себя в кучу. Что помогает вам вернуться в ресурс, когда сил будто нет?

– Если я не выспалась, ресурса нет. Сейчас мне два раза в месяц приходится в пять утра вставать из-за утренних разговорных студий. Я, конечно, стараюсь ложиться раньше и просыпаться раньше.

– А кроме сна, какие еще у вас секреты?

– Прогулки, спорт, велосипед, плавание, реже это все делаю сейчас, признаюсь, намного реже, чем раньше. Общение с родными, хорошая книга, конечно.

– Есть ли у вас, возможно, какое-то медитативное хобби: вяжете, готовите, собираете пазлы?

– Пазлы не собираю. Вязала когда-то в далекой юности. Готовлю для своей семьи ужины, обеды, супчики, борщи – это обязательно.

Кстати, у меня очень хорошо муж готовит. У нас есть мангал, поэтому на выходных – это что-то на мангале: и овощи, и мясо, и рыба.

– Украинцы прекрасно знают, какие звуки их триггерят, а какие звуки вас успокаивают?

– Наверное, музыка меня успокаивает. Я же рано встаю и гуляю с собакой и вижу, что многие мои соседи – в наушниках.

Они, наверное, что-то слушают – книги или музыку, но мне хочется подойти и сказать: Господи, да зачем вы надеваете эти наушники? Особенно сейчас, когда утром поют птицы.

Мы живем недалеко от Днепра, и у него также есть свои звуки – этот плеск воды. Я даже люблю тот звук, когда собака рядом со мной бежит и тяжело дышит. Классно, когда идет дождь, и ты под зонтом, и капли по нему стучат.

Вот такие звуки природы – птицы, шум ветра, дождь – это успокаивает.

– Я знаю, что вы верите в теорию 16 дверей: мол, нужно постучать в 15, чтобы 16-е в итоге открылись? Были ли в вашей жизни двери, которые так и остались закрытыми, и со временем вы поняли, что это было к лучшему?

– Вы знаете, я такая упрямая, что добивалась всегда, когда шла в те 16-е двери. Но мне немного повезло с интуицией. Если я вижу, что это не мое, и знаю, что мне даже не стоит начинать, то и не буду стучать. Мне везло, возможно, и на людей, которые давали мне советы.

Когда я училась в музыкальной школе, у меня была замечательная преподавательница игры на фортепиано Оксана Владимировна Гуз. И я почему-то себе маленькой думала, что стану великой пианисткой.

Тогда она сказала: Леночка, ты очень способная, но для того чтобы стать великой пианисткой, тебе нужно забыть обо всем – о семье, о жизни. Тебе нужно будет играть каждый день с утра до вечера. Ты готова к этому? Нет!

И она посоветовала просто играть в свое удовольствие, для себя. Поэтому я не поступала дальше в музыкальное училище или консерваторию.