От референдума до войны за государство: как за 35 лет изменилось значение независимости для украинцев

За 35 лет независимости украинцы прошли эволюцию от провозглашения суверенитета до осознания государства как действенного инструмента для сохранения жизни и нации. 1 декабря 1991 года более 90% граждан на референдуме поддержали независимость Украины, а через 35 лет страна ежедневно борется за это право в полномасштабной войне с Россией.

За три с половиной десятилетия трансформировалось не только само государство, но и геополитические ориентиры, фундаментальное понимание гражданской идентичности и содержание, которое украинцы вкладывают в понятие независимости и свободы.

“Романтический” 1991 год и ловушка постсоветской системы

На референдуме 1 декабря 1991 года 90,32% участников голосования поддержали Акт провозглашения независимости Украины. Однако тогда содержание, которое вкладывалось в этот шаг, было гораздо менее прагматичным, чем сегодня.

– Украинцы в 1991 году говорили и мечтали, вкладывали в это понятие восстановление государственности без смысловых нагрузок. До этого времени так думала украинская эмиграция, так думали потом на рубеже 1990-х бывшие диссиденты. Главной мечтой было восстановить сам факт украинской государственности. Тогда пренебрегали проектами и стратегией развития, что привело нас к ступору, в котором оказалась Украина, и тем моделям, которые она создала как деформированная УССР с добавлением олигархии и всех тех негативов, от которых мы не можем избавиться сегодня, – отмечает доктор исторических наук, президент Украинской академии геополитики и геостратегии Павел Гай-Нижник.

Идеализм первых лет независимости столкнулся с жесткими экономическими реалиями 1990-х годов, что развеяло первоначальные ожидания.

– В 1991 году были довольно идеалистические представления о независимости: что мы наконец-то будем иметь собственное государство, правительство, власть. Они сами собой появились с распадом Советского Союза. Но довольно скоро все проблемы, которые начались в бурные 1990-е, нас и накрыли: экономические кризисы, неналаженная экономическая составляющая существования государства, изменение профессий и жизни в целом. Мы начали движение в направлении европейского государства, но это несло с собой много усталости, невзгод и разочарований. Поэтому идеалистические представления о независимости развеялись достаточно быстро, – подчеркнул директор Социологической группы Рейтинг Алексей Антипович.

Это разочарование отобразилось в социологических данных. Согласно опросам КМИС, Фонда Демократические инициативы имени Илька Кучерива и Центра Разумкова, если бы референдум о независимости проходил в 2001 году, то за Акт провозглашения независимости проголосовали бы только 51,3% респондентов. В 2008 году этот показатель составлял 52,1%, а в 2013-м – 56%.

Ситуация кардинально изменилась только после начала российской агрессии: в 2022 году поддержка Акта провозглашения независимости выросла до 87,5%, а в 2024 году сохранилась на уровне 85%.

Исторические этапы переосмысления: от внутренних мятежей до революций

Осмысление советского прошлого также претерпело существенные трансформации. Согласно опросу Социологической группы Рейтинг, проведенному 4-9 августа 2026 года, 50% людей определили роль Советского Союза как тоталитарного режима, осуществлявшего репрессии и уничтожающего украинскую идентичность.

В то же время 45% отметили как положительные, так и отрицательные стороны СССР, и только 4% считают, что Советский Союз предоставил Украине развитие, промышленность и социальные гарантии.

Путь переосмысления независимости не был линейным – общество преодолевало его через серии кризисов и внутриполитических изломов.

Историк Гай-Нижник разделяет переосмысление независимости на несколько этапов. После 1991 года Украина прошла через экономический кризис, бедность и период стремительного формирования новой экономической системы, а вскоре – олигархической модели.

Отдельным политическим вызовом стали события в Крыму в начале 1990-х и сепаратистское движение во главе с Юрием Мешковым. По мнению историка, именно тогда началось более глубокое осмысление соборности государства и рисков для его территориальной целостности.

Следующим важным этапом он называет конфликт вокруг острова Тузла в 2003 году, после которого все острее стал вопрос внешних и внутренних угроз для страны.

– Оранжевая революция стала периодом осознания внутренних угроз, который завершился Революцией достоинства, когда мы поняли, что внутренняя угроза для государства может быть не меньше, чем внешняя, – сказал Павел Гай-Нижник.

Оценивая роль Майданов в формировании субъектности общества, историк отмечает, что каждая революция поднимала сознание на новый уровень.

– Во время Оранжевой революции возникло первое чувство внутренней угрозы, что государство могут съесть изнутри. Это была первая попытка осознания и борьбы самим народом или пассионарной его частью, когда обнаружили и показали лозунг Разом нас багато, нас не подолати. А Революция достоинства уже вышла за пределы пассионарности, – считает Павел Гай-Нижник.

Майдан стал ключевым инструментом для утверждения демократического курса. Опрос Социологической группы Рейтинг, проведенный 4-9 августа 2026 года, свидетельствует о том, что 60% респондентов оценивают Революцию достоинства как борьбу граждан за свои права, свободу и европейский выбор. В то же время 25% видят в нем неоднозначное событие, последствия которого трудно оценить сегодня, а 13% назвали его государственным переворотом, приведшим к потере территорий.

Переломные моменты меняли прежде всего отношение к собственной активности и роли власти, отмечает директор Социологической группы Рейтинг.

– 2014 год – это больше о гражданском сознании, о том, как гражданин может повлиять на власть. Здесь не столько о независимости и государстве, сколько о том, что власть может быть неправильной и гражданин может ее сместить. Дальнейшая аннексия Крыма, события АТО – это вело к пониманию того, что Россия нам не друг и не брат, а враг, который пришел уничтожить нас как государство. Следовательно, ценность государства начала расти, – отметил Алексей Антипович.

Как укрепилась украинская гражданская идентичность

Показательную динамику демонстрирует чувство гордости за собственное гражданство, зафиксированное Центр Разумкова и Фондом Демократические инициативы имени Илька Кучерива.

Если в 2002 году очень или скорее гордились тем, что являются гражданами Украины, только 40,9% опрашиваемых, а 18,1% совсем или скорее не гордились, то в 2014 году доля гордящихся поднялась до 60,7%. В 2021 году она достигла 72,4%, а в 2024 году достигла максимума – 87,9%.

Опрос Социологической группы Рейтинг, проведенный 4-9 августа 2026 года, свидетельствует, что важнейшим аспектом для того, чтобы считаться украинцем, является собственная самоидентификация как украинца. Такого мнения придерживаются 95% респондентов.

– Но здесь нужно говорить о том, как общество осознало себя украинцами и гражданами Украины. Например, если до войны в 2020-х годах только 8 из 10 украинцев чувствовали себя гражданами Украины, то с началом полномасштабной войны это было 10 из 10, а сейчас – 9 из 10. Это качественное изменение, которое ощутимо. Я не считаю, что этот показатель может откатиться назад. Ведь война – это очень тяжелая трагедия с большим количеством смертей, боли, слез. Это надолго, навсегда, на поколения, – считает директор Рейтинга Алексей Антипович.

Российская политика и война после 2014 года очень сильно ускорили формирование украинской политической нации. Именно украинская идея независимости и сохранение государства перекрыла региональную и идеологическую идентичность. Она ускорила этот процесс и осознание ценности собственного государства, считает историк Павел Гай-Нижник.

– Это создало ту почву и стержень, на котором украинская нация начала расправляться. И так расправляться, чтобы ее увидел мир. К сожалению, такой ценой. Но именно политическая нация начала трансформацию не в космополитическое представление о так называемой нации на территории, а в политически осознанную нацию украинского народа, – сказал президент Украинской академии геополитики и геостратегии.

Осознание врага: разрушение иллюзий о “братских народах”

Смена восприятия России стала одним из важнейших маркеров окончательного разрыва с имперским прошлым. Агрессия со стороны России ускорила консолидацию украинского общества.

– Украинская политическая нация постепенно формировалась с 1991 года, но темпы были более латентными. А вот обострение двух революций и особенно война, когда это стало не только очевидным, а почувствовалась через кровь возможность исчезнуть, – эти события больше объединили нацию в осознании того, что мы все единая семья. И что важно, несмотря на наши политические взгляды или мировоззренческие разновидности, именно украинская идея независимости и сохранения государства перекрыла региональную и идеологическую идентичность – одной единственной идентичностью украинского народа, – сказал историк Павел Гай-Нижник.

Социолог также придерживается мнения, что полномасштабное вторжение 2022 года принципиально отличается по своему влиянию от всех предыдущих событий.

– Война 2014 года коснулась лишь части населения – те, кто воевал, жители Донецкой и Луганской областей, переселенцы из Крыма. А 2022 год — это совсем другая история. Эта война касается каждого. Каждый подвергается риску погибнуть, потому что нет разницы, ракета с неба летит в тылу или в прифронтовой области. В первую очередь исчезли региональные отличия. Житель Харькова и Львова думают о войне, государстве, будущем и ценностях одинаково, – утверждает Алексей Антипович.

Осознание угрозы со стороны России уже стало фундаментальным сдвигом, убежден социолог.

– Точно долгосрочные изменения – это понимание России как врага, европейского вектора развития и ценности собственного независимого государства. Стопроцентное единение вокруг флага, состоявшееся в 2022 году, оказалось в определенной степени краткосрочным. Но долгосрочно у нас есть стратегические вещи: мы европейская нация, независимы и понимаем, что Россия – враг и зачем нам, собственно, государство, – подчеркнул он.

Данные опросов КМИС иллюстрируют стремительное падение иллюзий в отношении соседнего государства. Если в апреле 2008 года к России положительно относились 88% украинцев, то после аннексии Крыма и начала войны на Донбассе в мае 2014 года этот показатель упал до 52%, а в мае 2015 года – до 30%.

Полномасштабное вторжение стало окончательным переломным моментом в отношении украинцев к России. В мае 2022 года положительно к РФ относились только 2% опрошенных, в то время как 92% – отрицательно. В сентябре 2025 года это отношение практически не изменилось: 91% украинцев и дальше негативно оценивали Россию.

Европейский и евроатлантический вектор как часть независимости

Внешнеполитический ориентир Украины за 35 лет прошел эволюцию от необязательного декларирования до одного из ключевых элементов сохранения суверенитета.

– Мы всегда осознавали себя европейской нацией – географически и исторически. Но с событиями последних лет и войной еще больше осозналось, что мы неотделимая часть. ЕС создавался прежде всего как экономический союз. И в этом контексте большинство украинцев осознают, что есть наши национальные ценности, а есть общеевропейские цивилизационные ценности: свобода слова, демократия, равенство перед законом, неотвратимость наказания. Вот к этому стремится украинский народ, – отметил историк Павел Гай-Нижник.

По данным Центра социальных и маркетинговых исследований Socis за август 2026 года, если бы референдум по вступлению Украины в ЕС состоялся сегодня, то 69,2% респондентов проголосовали бы за.

Против выступают 22,2%, не участвовали бы — 3,1%, а 5,6% затруднились ответить. Динамика свидетельствует о высокой стабильности евроинтеграционных настроений: в октябре 2024 года поддержка составила 69,9%, в сентябре 2025 года достигала 74,5%, а в декабре 2025 года сохранялась на уровне 73,6%.

Что касается вступления в НАТО, по данным Rating Group по состоянию на июнь 2026 года, 63% опрошенных голосовали бы за референдум, 12% — против, 22% — не голосовали бы, а 4% — затруднились ответить.

Пик поддержки евроатлантического курса наблюдался в феврале 2023 года, когда за вступление в НАТО выступали 82% граждан. После пика в 2023 году поддержка постепенно снижалась: 79% — в сентябре 2023 года, 75% — в сентябре 2024 года, 70% — в июле 2025 года.