Онлайн-управление, ПЗРК на дронах и «паутина» связи: Сергей Флеш об эволюции Shahed
Россияне стремительно меняют возможности применения ударных дронов Shahed, превращая их в управляемые онлайн-системы с многоэлементными антеннами для противодействия украинским системам радиоэлектронной борьбы (РЭБ).
Со временем возникли новые угрозы: использование Shahed в качестве ретрансляторов для создания воздушных сетей связи и оснащение этих беспилотников минами, ПЗРК и видеокамерами, чтобы осуществлять разведку и охоту на украинскую авиацию.
Специалист по радиосвязи Сергей Флеш в эксклюзивном интервью журналисту Фактов ICTV Егору Ромахло рассказал о том, как Россия модифицирует дроны Shahed, почему они стали более опасными для ПВО и гражданского населения, а также как китайские технологии помогают врагу обходить РЭБ.
— Россияне увеличивали дальность, меняли двигатели и тип связи в ударных дронах Shahed. Вы исследовали эту технику. Что можете сказать об этом ходе мыслей россиян? Как они развивают Shahed?
— Я ежедневно пытаюсь анализировать, что нового происходит в этой тематике. В частности, мне помогают коллеги с фронтов, которые присылают мне фото и видеоматериалы, то есть трофеи. Также парни, которые работают в смежных ведомственных центрах. Мы обмениваемся всей информацией.
Я могу сказать, что здесь направление Shahed идет в трех направлениях. Первое – это увеличение точности Shahed и попадания. Как мы знаем, Shahed до этого летали по заданным координатам. То есть заранее в России оператор или пилот задает координаты Shahed, и он летит по ним. Поэтому все эти круги, снижение или увеличение высоты происходит автоматически на основе заложенной заранее программы.
Конечно, наведение Shahed происходит благодаря спутниковой навигации. Если спутниковой навигации нет, то Shahed не может ориентироваться, найти цель и подавить ее. Вопреки многим слухам, Shahed от этого не упадет как камень вниз. То есть Shahed продолжит движение по инерционной и внутренней системе. Он будет дальше искать сигналы спутниковой навигации.
Если этого сигнала не появится, то фактически он потратит свое топливо, не найдет цель и упадет. Если сигнал появится, тогда Shahed сделает корректировку и снова поразит цель. Вернется на цель, найдет ее и поразит.
Для борьбы с этой системой мы по территории Украины расставляем средства РЭБ. И в зависимости от того, насколько плотно мы ставим средства РЭБ, россияне увеличивают защиту этих систем спутниковой навигации на Shahed.
На первых Shahed была российская Комета – это система из четырех элементов, которая может бороться с четырьмя средствами РЭБ вокруг. То есть, с четырьмя источниками помех. Мы начали наращивать количество РЭБ. Россиянам пришлось увеличить, и они перешли на антенну на 8 элементов. То есть для того, чтобы подавить такую антенну, нужно восемь РЭБ со всех сторон.
Россияне снова пошли дальше. Поставили антенну на 12 элементов. То есть нам нужно ставить уже 12 источников РЭБ. Но россияне и здесь не остановились. Они ставят китайскую антенну на Shahed на 16 элементов. То есть, уже мы видим следующую антенну. Мы один раз зафиксировали в трофеях уже 32 элемента.
То есть мы говорим о том, что идет постоянная невидимая борьба. К сожалению, им удается увеличивать количество элементов быстрее, чем нам наращивать средства РЭБ. Мы приходим к тому, что нам их нужно ставить через каждые два км.
Это увеличивает вес Shahed. Я правильно понимаю, что с этим нужно тоже что-то делать? Они же не могут бесконечно увеличивать количество элементов, или нужно уменьшать количество боевой части, чтобы он долетел?
— Для маленького БПЛА или для дрона Гербера это имеет значение. Но для Shahed — это не имеет особого значения, потому что он спокойно может на себе нести дополнительные 10-20-30 кг. Для него эта разница не является проблематичной. И вес антенны в три кг не повлияет глобально на его дальность полета. Общий запас топлива и энергетика двигателя позволяет ему ставить эти системы.
Это первое направление. Это бесконечная война, которая ведется. И то, что россияне увеличивают антенны, свидетельствует о том, что наше РЭБ все-таки мешает. Это явное доказательство того, что это происходит. Да, это не видно глазами. Shahed как летал, так и летит.
Я называю это Shahed Шредингера, потому что он летит одновременно и подавленный, и не подавленный. Никто не знает, в каком состоянии он летит. Но мы понимаем, что мы им мешаем. Они наращивают количество элементов.
Второе направление, в котором они движутся, заключается в увеличении боевой части и экспериментах с ней. Мы уже видели термитный и кассетный заряд. Сейчас популярны в последнее время у них двойные заряды. Речь идет о двух зарядах по 50 кг боевой части, то есть 100 кг суммарный заряд.
Кстати, Киев они недавно атаковали. То есть это уже достаточно весомый боеприпас, чтобы поражать любые цели. То есть здесь проводятся эксперименты в сфере боеприпасов и их мощности.
Третье направление, которое они развивают, – это возможность доработки Shahed в плане вторичного оружия или оборудования, использующегося на нем. То есть мы на Shahed видим, например, кассетные мины. Это кассеты, которые сбрасывают противотанковые мины против техники ПТМ-3, и они падают. Shahed летит, а по пути сбрасывает из-под крыльев эти мины.
Сейчас это очень опасно. Потому что летом эти мины ГСЧС, военные и даже мобильные огневые группы (МОГ) находят, вызывают саперов и деактивируют. Но зимой эта мина падает в сугроб, проваливается, ее там не видно. Если машина будет проезжать рядом с миной, то она взорвется и повредит машину.
Поэтому я призываю местных жителей в зимнее время не подходить близко к Shahed, потому что вы никогда не знаете, что он разбросал вокруг себя. Обращайтесь всегда в правоохранительные органы для того, чтобы они этим занимались.
Второе — это установка на Shahed. Мы видим, что сначала была ракета воздух-воздух. Мы ее уже фиксировали несколько раз. Недавно мы нашли Shahed с ПЗРК. Переносной зенитно-ракетный комплекс Верба, который был установлен на Shahed для того, чтобы охотиться на наши вертолеты и авиацию.
В этой борьбе против Shahed не все знают, что наша военная авиация играет очень важную роль. Это гигантский труд, который каждую ночь выполняют наши пилоты, рискуя жизнью. Вы видели недавно, когда Shahed столкнулся, погиб экипаж. Например, когда вертолет проходит через туманы, видимость ограничена. То есть он не знает с точностью до метра, где находится Shahed вокруг него.
Россияне пытаются создать системы, которые будут охотиться на наши вертолеты. Недавно мы видели на Shahed установку, например, задних фонарей для того, чтобы ослепить наши зенитные дроны. Туда доставляется различное навесное оборудование, чего мы только там не видели. Различные сбросы, они экспериментируют, пытаются еще искать возможности, для чего Shahed можно использовать во время полета.
И когда наше РЭБ начало им мешать в последнее время очень сильно, то у них начала развиваться концепция управления Shahed онлайн из России. Представьте себе, что это FPV, только огромный, большой, мощный и неповоротливый. Что делают россияне? Они покупают китайский Mesh-модем. Он стоит около $5-6 тыс. Эти два модема между собой образуют канал, который может быть на расстоянии до 120-160 км.
Благодаря этому россияне могут передавать через Shahed к себе на базу видео и информацию, и с Герберой тоже. Но чем опасен этот модем? Это не просто модем, который соединяет две точки. Эти модемы в воздухе, например, их 10, которые образуют общую сеть, фактически паутину.
Представьте себе, что каждый из этих модемов соединяется с другими модемами. Если вдруг какой-то модем выпадает, то ничего страшного не происходит, ведь информация дублируется через другие модемы. Мы уже фиксировали во время глобальных воздушных налетов, что Shahed строят прямо огромную сеть на страну.
Эта сеть начинается, например, с Курской области и проходит в Запорожье. И все Shahed и Герберы, которые летают в этой сети, являются ретрансляторами. Почему Shahed или Гербера крутятся по кругу? Раньше казалось, что это ошибка, сбой программы, влияние нашего РЭБ. Но теперь мы понимаем, что этот Shahed или Гербера – это ретранслятор.
Его задача – влететь на нашу территорию, подняться на высоту и там летать кругами, создавая радиосигнал для следующих Shahed, которые находятся в глубине. В глубине тоже есть такой Shahed. Когда мы анализируем воздушные налеты, то видим каждую ночь эти Shahed-ретрансляторы. Это очень опасная вещь.
Что делают россияне? Во-первых, они могут управлять Shahed онлайн. И Герберой тоже. Мы видели, как Shahed поражает железную дорогу или локомотив в движении. Этот Shahed поражает наши мобильные огневые группы. Теперь есть угроза для наших МВГ. Они не могут теперь на белом пикапе стоять посреди черного поля или трассы. Раньше так можно было.
Кроме того, Shahed может найти на энергетической подстанции самое уязвимое место. То есть не просто атаковать внутрь по координатам, а оператор заведет в именно тот трансформатор, который является критически важным.
Плюс у Shahed появляется возможность вести разведку. Мы это фиксируем. То есть они либо на Герберы, либо на Shahed ставят китайские видеокамеры. Я акцентирую на этом внимание не зря. Все эти технологии сейчас базируются в Китае. Фактически Китай очень сильно помогает России.
Кроме того, они еще ведут не только разведку внизу, а теперь еще ставят камеры наверх и смотрят в небо. Зачем они это делают? Они смотрят на наши зенитные дроны. Представьте себе, россияне ищут коридоры для Shahed. То есть первая для них угроза — ПВО, вторая — РЭБ. Они пытаются обойти все эти точки. И третья угроза — это зенитные дроны.
В последнее время это эффективное оружие достигает до 20% общего сбивания Shahed. И россияне должны найти для себя коридоры там, где нет наших зенитных дронов. Для этого логично вперед пустить дешевую Герберу. Если она с камерой пролетит, и вторая пролетит, и не увидит в небе за собой зенитный дрон, то можно этими коридорами пускать дальше Shahed. То есть это все глобальная система.
